Анна-Женевьева объяснила суть дела дворецкому, и сослалась на просьбу мужа. Слуги в особняке Ланнуа отличались редкостной покладистостью.

Тема: Тайна кукольного Мазарини
Автор: Анна-Женевьева
отправлено: 08.12.2004 19:05

После всех тревог, выпавших на долю герцогини де Лонгвиль и шевалье де Виллеру за прошедшую ночь, Анна-Женевьева вовсе не могла спать. Виллеру - тоже. Но у Теодора было вполне конкретное занятие - в штат охраны приняли троих новичков, и Виллеру нещадно гонял их по внутреннему дворику, показывая приемы, позволяющие защищать господ, сидящих в карете, от нападения черни. Это была совсем особая наука, и шевалье, к счастью, владел ее премудростями.
Молодой женщине совсем нечего было делать. Воспаленные глаза не желали смотреть ни на книги, ни на вышивки. Все это было приятно, но требовало остроты зрения.
О книге, оставшейся в кабинете мужа, герцогиня не заботилась совсем. Она знала, где без проблем и подозрений может взять такую же. Достаточно нанести визит вежливости графине де Ланнуа. Подруги ездили друг к другу достаточно часто, поскольку мужья и той, и другой поощряли подобные взаимоотношения.
Голова кружилась, в висках слегка ломило, как от озноба. Но дело не стоило откладывать в долгий ящик.
Анна-Женевьева не стала вызывать к себе никого из охранников. В данный момент ее более интересовало, где она может найти господина лейтенанта гвардейцев его преосвященства, шевалье де Ториньона. Самой появляться у кардинала - означало скомпрометировать свое имя, и потому герцогиня положилась на честность и быстроту ног одной из служанок.
Через час она имела полную информацию: шевалье де Ториньон в данный момент находится у господина де Кавуа, и оба что-то обсуждают.
Действовать нужно было быстро. Конечно, пускаться в подобное путешествие одна герцогиня не решилась. Она дождалась того момента, когда Виллеру сжалится над своими подчиненными и отпустит всех отдыхать.
- Вас не интересует содержание записки? - спросила девушка, когда ее верный страж появился на пороге комнаты.
- Признаться, я думал о том, что неплохо было бы ее прочитать! - почтительно отозвался Виллеру.
- Но я не хочу делать этого здесь! Вообще не хочу, чтобы кто-то видел, что та злополучная книга была у меня в руках!
- Но ее необходимо унести из кабинета, а потом незаметно вернуть назад. Иначе как же мы разберем шифр? - возразил шевалье.
- Я знаю, у кого есть такая же книга, и могу попросить ее без всяких лишних осложнений! - живо сообщила герцогиня. - Распорядитесь, чтобы подали мою карету.
Герцогиня имела личный выезд.
Таким образом, еще через час госпожа де Лонгвиль нанесла краткий визит графине де Ланнуа. Та еще не поднималась с постели. Анна-Женевьева объяснила суть дела дворецкому, и сослалась на просьбу мужа.
Слуги в особняке Ланнуа отличались редкостной покладистостью. Потому за вознаграждение в пару монет герцогиня через краткое время имела на руках требуемую книгу. Девушка оставила подруге записку с извинениями и попросила никому не сообщать о том, что она покинула дом не с пустыми руками.
Дальше стоило подумать, как поступить. В результате небольшого совещания, имевшего довольно бурный характер, Виллеру согласился с хозяйкой: разумнее всего будет вернуться домой, переодеться в самое простое платье и пойти к Ториньону пешком. Карета герцогини неизменно привлекала к себе слишком много внимания.
Сказано - сделано. Ровно в полдень Ториньон узнал новость: его ожидает девушка, которая не пожелала представиться, но сказала, что очень любит представления кукольного театра...


Автор: Готье де Ториньон
отправлено: 08.12.2004 20:10

Лейтенант де Ториньон от такой новости едва не подавился куриным крылышком. Когда служанка докладывала своей хозяйке, что господа гвардейцы что-то обсуждают в доме капитана Кавуа, она была отчасти близка к истине. «Что-то» включало в себя весьма недурственный обед и четыре бутылки старого бургундского, которые два «родственника» планировали выпить за новую должность Готье.
– Девушка? – пьяно ухмыляясь, капитан Луи призывно махнул рукой. – А ну, давайте её сюда. Вместе с кукольным театром.
– Э..., - де Ториньон не был уверен, что идея, посетившая голову де Кавуа, могла в данной ситуации считаться хорошей. – Побойтесь бога, Луи. Вернее сказать, вашей супруги. Предоставьте девушек тем, кто еще не запятнал себя узами честного брака.
Капитан Кавуа поморщился. Мадам Агнесса была, и правда, посерьезнее божьей кары. Жаль. «В следующий раз, - решил он, - отправимся в трактир. Может, там девицы не первый сорт, зато под боком никакой жены».
– Черт побери, вы неуловимы, как святой дух, Готье. Только не говорите мне, что вы намерены исчезнуть прямо из-за стола. А как же бургундское?
- В вашем возрасте, Луи, я, конечно, выбрал бы бургундское. А пока, сами понимаете, предпочитаю женщин

Зрелище сиятельной герцогини де Лонгвиль в наряде горожанки, прогуливающейся пешком, доставило Готье массу удовольствия. О чем он не преминул тут же сообщить девушке.
– Я вижу, мои склонности «разыгрывать из себя площадного шута» пришлись вам по нраву, сударыня, – заметил он, не особо церемонясь с дамой на глазах челяди дома де Кавуа. – Чего желает прелестная горожаночка? Осторожно, не замарайте туфельки
И Готье, подхватив девушку под локоть, буквально поволок её на улицу.
Де Виллеру пожил ладонь на рукоять шпаги, мысленно желая, чтобы нахальный гвардеец дал таки ему повод ей воспользоваться.
Щеки Анны-Женевьевы вспыхнули. С ней редко обращались грубо, тем более публично.
– Вы поразительно злопамятны, лейтенант, – процедила молодая женщина, потирая руку. Там, чего доброго, останется синяк. Хватка у господина де Ториньона оказалась железная. – Я уже начинаю жалеть, что явилась сюда.
– И правильно делаете! Какого дьявола вы сюда явились? Писать разучились?
– Да как вы смеете?!
– А как? Нет, мне будет очень лестно, признаю, если по Парижу пойдет слух, что сама Анна-Женевьева де Лонгвиль отличает лейтенанта де Ториньона. А вам? Мой осоловевший от обильных возлияний родственничек едва не пригласил вас к обеду. И что бы вы, интересно, делали, мадам, если бы он пожелал настоять на своем приглашении. Велели бы своему телохранителю перебить челядь?
– Просто..., - герцогиня смутилась. Она была, в сущности, начинающей заговорщицей, премудрости этой науки были девушке неизвестны. – Просто у меня для вас важные новости. Мы нашли книгу. И я подумала
- Вы прочитали записку?
– Нет, но Вот! – она почти торжественно продемонстрировала Готье увесистый фолиант о соколиной охоте.
– Хорошо. Отправляемся гулять.
Готье попытался вновь взять Анну-Женевьеву под локоть, но та предусмотрительно отстранилась.
– Достаточно, шевалье. Вы меня, чего доброго, покалечите. Особенно если гулять придется далеко.
– Недалеко. На улицу Святой Анны. Как раз в вашу честь.


отправлено: 09.12.2004 20:38

– Почему именно туда? – недовольно поинтересовался де Виллеру. По его мнению, жителям улицы Святой Анны было далеко до святости. – Может, сразу во Двор Чудес?
– Я там живу, – любезно пояснил де Ториньон. – К тому же, у господина де Кавуа гораздо больше шансов узнать герцогиню де Лонгвиль даже в этом скромном платье, чем у мещан на Святой Анне. Но в следующий раз, обещаю, во Двор Чудес тоже наведаемся.
– Следующего раза не будет, – нахмурился Теодор.
– Не нервничайте, шевалье. У вас такое лицо, словно весь Париж кишмя кишит разбойниками и грабителями. Заверяю вас, это заблуждение. Вот видите, госпожа герцогиня ни капли не боится, не правда ли?
Анна-Женевьева демонстративно вздернула подбородок. Чего еще она может бояться, после ночного разговора её отца и мужа.
– Это ваш флигель? – осторожно спросила она, обнаружив, что де Ториньон извлекает из-за пояса ключ. – Очень милый.
– Причем внутри еще более милый, чем снаружи, – пробормотал лейтенант, распахивая дверь. – Проходите вперед и поднимайтесь по лестнице в спальню. В гостиной у меня не прибрано.
– В спальню? – насмешливо переспросила Анна-Женевьева. – А не слишком ли мы торопимся?
– Помилуйте, уже почти час дня! Мы не торопимся, мы опаздываем!
– Не забывайтесь, сударь, – прошептал Теодор.
Готье только пожал плечами.
– Присаживайтесь, сударыня, – в комнате лейтенанта было не густо с мебелью, но все же стул для Анны-Женевьевы он отыскал. На её спутника гостеприимство де Ториньона явно не распространялось. Сам Готье вытащил из секретера стопку бумаги и перо, вывалил все это на стол, рядом герцогиня положила книгу, и они вдвоем уставились на пособие по соколиной охоте так, словно на его месте шевелилась по крайней мере живая змея.
– Ну, – не выдержала молодая женщина, – чего вы ждете? По глазам вижу, вам не терпится.
– Я надеюсь, вы сделали для себя копию шифра, сударыня?
– А вы?
– Я тоже. Но вполне доверяю вашей. Начнем? – лейтенант осторожно раскрыл книгу и, с видом фокусника, обмакнул перо в чернила. И тут же отложил его в сторону. – Как вы её нашли?
– Это обязательно рассказывать? – герцогиня чуть заметно побледнела.
– Желательно.


Автор: Анна-Женевьева
отправлено: 10.12.2004 11:52

- Если коротко, то по счастливой случайности! - герцогиня побледнела еще сильнее: воспоминания были совсем свежими. К тому же говорить постороннему человеку о том, что ей довелось услышать, не хотелось. Но делать было нечего. Похоже, она должна научиться совершать решительные шаги и верить людям, с которыми у нее завелись общие интересы. - Я понимала, что книга должна лежать у моего мужа в кабинете. Причем так, чтобы ее не могли случайно унести оттуда... Шевалье де Виллеру помог мне открыть замок в комнату - герцог запирает свои покои. Мы искали достаточно долго, старались при этом не шуметь и возвращать вещи точно на место. Потом
·был очень неприятный для нас с шевалье момент, потому что вернулся герцог, и с ним - мой отец...
Анна-Женевьева судорожно сжала пальцы. Она совсем не владела собой. Из глаз ее хлынули слезы. Виллеру тотчас очутился рядом, положил левую руку на вздрагивающее плечо хозяйки.
- Извините, шевалье, но то, что нам пришлось услышать, было не очень приятно для ее высочества. Может быть, не стоит об этом говорить? - с легким раздражением в голосе спросил он у Ториньона.
- Нет! - госпожа де Лонгвиль вскинула голову. - Как раз про это я могу сказать! Я уверена, что мой отец и мой муж связаны какими-то тайными интересами! Они говорили про бумагу... бумагу, подписанную принцем Орлеанским еще при жизни Ришелье. Там - отречение Гастона от прав на престолонаследие. Отцу очень нужна эта бумага. И он требует, чтобы Лонгвиль искал ее.
Ториньон покачал головой. Так и есть. Конде решили заняться дележкой власти. Если Гастон имел дурость подписать подобное отречение, то регентство вполне может достаться принцу Конде. Как еще одному ближайшему родственнику короля.
- И почему это вас так заботит, ваше высочество? - осведомился он.
Герцогиня неожиданно устало вздохнула.
- Шевалье, я буду помогать вам во всем, о чем вы только попросите. Если вчера мне было просто любопытно, то сегодня мой двигают иные интересы. Мнение моей семьи для меня стало безразличным. Вчера отец почти открыто сказал Лонгвилю о том, что за возможность в нужный момент устроить мятеж в Нормандии, а также поиски бумаги ему заранее заплачено. Хорошо заплачено. Моим приданым. И мной самой. Меня отдали в заложницы союза между Конде и Лонгвилем... Ладно, довольно об этом. Надеюсь, что речь в записке пойдет совсем о другом. Вы спросили, как мы нашли книгу? Волей случая. Она лежала на самом видном месте. Как подставка под горшок с цветком. В кабинет случайно забежал котенок, сбил цветок... Книга была в кожаном футляре и по виду не отличалась от прочих подставок под цветы. Видимо, герцог составлял ответную записку и пользовался ею. Он не закрыл футляр как следует. В книге между страниц была расшифрованная записка. Я прочла, но не успела скопировать. Там ничего особенного.
- Вы можете дословно воспроизвести ее содержание? - гораздо более мягким голосом попросил Ториньон.
- Могу. Вот. «Я пока что не могу гарантировать вашей милости точность информации. Немного терпения. Влюбленные не могут долго обходиться друг без друга, и непременно совершат глупость, которая их выдаст». Подписи не было.
- Вы уверены?
- Совершенно точно. А шифр тот же самый, что и в этой...


Автор: Готье де Ториньон
отправлено: 10.12.2004 22:37

Готье, покусывая кончик пера, пристально разглядывал герцогиню. Правду говорят - не родись красивой Значит, девочку обменяли на политическую поддержку. Не удивительно для дома Конде. Но, пожалуй, Анне-Женевьеве от этого не легче. А она мужественная женщина, эта белокурая «кукла» с огромными голубыми глазищами. Не каждая бы решилась так прямо признаться в подобном «семейном» торге постороннему человеку, да еще мужчине. Двум мужчинам. Хотя шевалье де Виллеру, кажется, у нее на правах доверенного лица. Что не основание забывать о том, что он мужчина, тем не менее. Черт, де Ториньон испытывал врожденное недоверие к «доверенным лицам», особенно таким, кто смотрит на свою хозяйку взглядом кота, мечтающего о сметане. Как трепетно милейший Теодор касался плеча герцогини. Сейчас, когда выяснилось, что муж далеко не питает к жене нежных чувств
Молчание начинало затягиваться.
– Что ж, сударыня, – наконец решился лейтенант, - диктуйте мне числа.
Дальнейшее походило на своего рода таинство. Анна-Женевьева медленно и внятно произносила последовательности шифра, Готье искал в книге нужную страницу, строку и слово. Слова же записывал на отдельный лист бумаги. Перо тихо поскрипывало, де Виллеру, облокотившийся на подоконник (стула ему не досталось, а усаживаться на кровать де Ториньона шевалье посчитал ниже своего достоинства) хмурился. Теодор ненавидел политические тайны, не женское это дело – интриги, а гвардеец, судя по всему, умудрился таки втянуть герцогиню в какую-то опасную игру. Брови лейтенанта по мере расшифровки текста послания медленно ползли вверх.
– Это все, – через несколько долгих минут мадам де Лонгвиль, покусывая губы, отложила свой листок. В комнате вновь повисла напряженная тишина. – Что же вы, лейтенант? Читайте.
– Вы уверены, что хотите это услышать? – глаза Готье подозрительно сузились.
– А вы нет? – Анна-Женевьева почувствовала, что её щеки запылали от гнева. Неужели её опять используют? Эта мысль была по-настоящему мучительна для девушки. Особенно после откровений сегодняшней ночи. – Или вы намерены попросту выставить меня вон? После того, как я, дурочка, согласилась таскать для вас каштаны из огня.
– Вы вводите меня в искушение, сударыня, – пробормотал де Ториньон. – Отобрать у вас вашу копию шифра и выставить вон. Прекрасная мысль.
– Вы не посмеете! – герцогиня метнула быстрый взгляд на де Виллеру.
– М-да? – взгляд лейтенанта, тоже адресованный напрягшемуся Теодору, был в высшей степени задумчив. – Боюсь, вы переоцениваете вашего защитника, сударыня. Хотя я не спорю, он весьма недурен. И недооцениваете меня. Даже как-то обидно. Впрочем, считайте, что вашим потрясающим откровением про семейные дела Конде и Лонгвилей вы заслужили мое доверие. В той мере, разумеется, в какой я вообще могу доверять супруге герцога, мечтающего отправить на кладбище человека, которому я служу.
– Мой муж планирует убить Мазарини?! – потрясенно переспросила Анна-Женевьева.
– Не собственноручно, то есть не пулей в лоб. Есть множество способов
– Вы будете читать или нет?!
Готье кивнул.

– Ваша милость, спешу довести до вашего ведома, – начал он, – что сегодня ночью состоялась очередная встреча итальянского петуха и хорошо известной вам коронованной особы. Влюбленные провели ночь в потайной комнате, и женщина проследовала к себе в половине четвертого утра. К сожалению, в нашем деле возникли трудности. Мне никак не удается узнать дату и время свидания заранее. Хозяин не считает должным сообщать мне это, а каналы, по которым он связывается с петухом, мне недоступны. Понадобится содействие кого-то из близкого окружения дамы. Я, со своей стороны, обещаю устроить все так, чтобы особы, вас интересующие, явившись на встречу, уже не смогли покинуть её незамеченными и не узнанными.
За сим припадаю к вашим стопам и надеюсь на вашу благосклонность...

– Какой стиль! – не выдержал де Виллеру.
Герцогиня де Лонгвиль ощутила, что вновь краснеет. Трудно было не догадаться, кто может скрываться под презрительным «итальянский петух». Ну а коронованных особ во Франции только две, и речь идет явно не про Людовика.
– Что вас смущает, сударыня? – невозмутимо осведомился де Ториньон. – Его величество никогда не баловал свою супругу вниманием. Рано или поздно это должно было произойти. И на месте сеньора Джулио мог оказаться кто угодно. Тот же герцог де Бофор. Или даже ваш муж.
– Мой муж! - Анна-Женевьева не скрывала презрения. – Спасибо, что напомнили. Мой муж, ко всему прочему, еще и не гнушается копаться в нижнем белье Анны Австрийской и Мазарини. Какая низость!
– Это политика, мадам. Политика ничем не гнушается. Вовремя извлеченное на свет божий нижнее белье может стоить кардиналу головы, а королеве регентства.
– Вы думаете...
– Я думаю, герцогиня, ваш отец метит на французский трон. Для начала лет на восемь, в качестве регента, пока малыш Людовик подрастет. А если повезет, то и навсегда. Дети, знаете, болеют... Вы станете настоящей принцессой, сударыня. Ваш брат, герцог Энгиенский, следующим королем. Не правда ли, заманчиво. Вы все еще уверены, что «будете помогать мне во всем, о чем я только попрошу»?
- Все это может быть далеко не так серьезно, как вы говорите, - неуверенно прошептала Анна-Женевьева, на этот раз бледнея.
«Она – настоящая блондинка, - совершенно не к месту подумалось Готье, - легко краснеет и так же легко бледнеет».
- Разумеется, ваше сиятельство. Судите сами, что серьезного может быть в кукольном театре?
Лейтенант, по обыкновению, язвил, но глаза его оставались холодными. Две яркие колючие льдинки.
– И что я должна делать?
- Должны? Ничего, сударыня. Возвращайтесь домой. И делайте вид, что ничего, ровным счетом ничего не произошло. Не бойтесь, головы принцев и принцесс падают с плеч в последнюю очередь. Перед этим в их честь приходится умереть очень многим пешкам на шахматной доске.
– Вы меня пугаете!
– Я с вами откровенен. Разве это не то, чего вы требовали несколько минут назад?
– Шевалье!
– Принцесса?
Анна-Женевьева порывисто поднялась с места. В его глазах она уже виновна. Только потому, что принадлежит к дому Конде.
– Идемте, Теодор. Вы же слышали, нам пора возвращаться домой. Идемте.
На ресницах девушки блестели злые слезы.
У порога де Виллеру на миг задержался.
– Вам удалось дважды довести её до слез, лейтенант. Дважды за один разговор. Мне нет дела до вашей шахматной партии, но этого я не забуду.
Де Ториньон молча кивнул. Когда придет время, им обоим будет, что вспомнить.

13PAGE 15


13PAGE 14615
Мятежная Франция. Тайна кукольного Мазарини



15

Приложенные файлы

  • doc 14386700
    Размер файла: 63 kB Загрузок: 0

Добавить комментарий