Покой мне только снится. Душа – ей старость не грозит – У дней земные рвёт границы, Как рвутся почки Лицо земли вода омыла, В ручьях играя и шутя, Живительную дарит силу, Как мать кормящая дитя. С зарёю алой Вижу яблонь сад, отцовский дом. Копошится в огороде мама…


Чтобы посмотреть этот PDF файл с форматированием и разметкой, скачайте его и откройте на своем компьютере.
Литературно-художественное издание
ШУГЛЯ Владимир Федорович
Стильредактор В. Усов
Компьютерная верстка Е. Кузнецова
Корректор Г. Искулова
Подписано в печать 20.01.2016. Формат 47х65/16.
Бумага офсетная. Печать офсетная. Усл. печ. л. 5,5.
Тираж 1000 экз. Заказ 158.
Открытое акционерное общество
«Курганская городская типография»,
ул. Куйбышева, 87, 640018, г. Курган.
Дождливый тон
Раскидистых дубов густые кроны
Потерялась в снегу деревенька
Давно я зимою не ездил в вагоне
В кругу весны молитв
Осенние листья
…Я пью за тех, кто нынче с нами
Я старею не годами......
Поэтические измерения Владимира Шугли
Содержание
Синь неба льется строками
Память в крик… И, вздрогнув, тело
Осушу в себе трясину
Всё ỳже земная тропа
В несгораемом сейфе души
НЕБЕС БОКАЛ
Какое счастье – вдруг проснуться
Лунная дорожка – бледный свет во тьме
Земным не время измереньям
Как светло в этой росстани!
Вновь детством небесным
Упали капли дождевые
Сдружилась осень с охрою
Вспомни, милая, меня
Пусть сотворённым измереньем
Вечереет. В первых звездах небо
Тишина в квартире
Начало марта… Снова… «…надцать…»
Слышен звук в окне капели
Темнеет небо в час вечерний
Вдруг солнце сквозь тучи
Как мы слепы в своём стремленьи
Я прощенья прошу, что
Под куполом цирка фигурка летает
Из лета – приданым
ЧЕРЕЗ ПРИЦЕЛ ДУШИ
Сколько недосказанного мамам
Обострéнно одиночество
Пусть кому-то любовь – это страсть
Я бегу за зорькой алой
Бег дней… Собранья, заседанья
Минуту за минутой
Несу – как все – свой крест
Прошагал километры
110
На слово скор и на работу
111
Дочь растёт, а с ней – тревога
112
Духа светлый лучик
113
Мелких мыслей в книге строчки
114
Я вижу мир через прицел души
115
В душу ворвались из прошлого
116
На кровати старой
117
Сумерки в клочьях тумана
118
О, как кричаще одиноки
119
Ты скажи мне, небесная гладь
Кому-то гувернантки
Июнь пятнадцатого года
А за моим окном Восток заголубел
Тебе я нужен весь
Страна души в разладе с телом
Опять бурлят земные страсти
Над головою – бездна
Сердце жалит неравенство
Подгнившая крыша. Разбитые стекла у окон
Со всех сторон, как дятел, долбит
Как получилось, проморгали
Кулачный бой
Кричали: «Жаждем перемен»
В стремленьи вечном лучше жить
Есть что-то больше слов
…Блудный сын. Лечу в туманы
Мое все: и плохое, и хорошее
Сердце в ладонях
Я еду поездом домой
На полях – в снегу – жнивьё
Крутится времени мельница
Двойник
На то и время, чтоб летели годы
Душа неотрывна от Минска
Сынки! Не сдавайте страны
Не рубцуется память
Мир в стопоре… Решал не я
Наверно, я родился раньше
Россия снова на войне
На Украине свет багрян
Забыть ли войну
Жизнь, как российская равнина
Перекликаемся… Перекликаемся душой
Равнодушие
У вагонного окна
Я – русь-кий, я вольною Русью рожден
Как редко встретишь тех
Где мама?.. Нету мамы
Съедает душу злата ржа
Душевный стон в секундах и минутах
Четвертое измерение
Над далью памяти веков
Философские стихи
Ведя пером словесную косу
Живём в заколдованном мире
С годами больше верю я делам
Вскрыто сердце
Случись, что стукнет смерть в окно
Принес я вам свою вину
Боль о боль – высекаю стихи
Я ВИДЕЛ РУСЬ
Средь городского суесловья
…Вижу то, чего не должен
Куда бы ни поехал
О Русь! О, Родина моя
Сын звонит – ему я нужен
Осень лет… На сердце – тризна
На моем пути часовня
Утренним граем* солнце встаёт
Душой в небесной завязи
Неба следы
Тщеславия забавы
Скорей туда, где нет расчетов
Спасибо тем, кто зло смеялся
Неудачи – ступеньки свершений
Я в левой стороне груди
Сколько тропинок исхожено
ЗА ВСЕ ДЕРЖУ ОТВЕТ
Стою один… А новый век
Поэт – он кто?
Отчая вязь
Мир по сути заведомо грешен
На крыльях принесет нам аист
О господи, что за улыбка
А в поле – воронки
Коль слеза на ресничках у мамы
Зацепилось сердце за звезду на небе
Там… в окне
Одна ты
Бескрайнее широкое раздолье
Сквозь ветви солнце золотит скворешню
Содержание
МАМИНА ТРОПКА
Я заново жизнь узнаю
Орёл или решка… Взлетает монетка
Вечно привязан к земному
Сложилась жизнь от встречи к встрече
Как сжатая пружина
11
К голубке голубь снежно-белый
И надо ж такому случиться
Мой друг – спасибо! – не пришел
Не потускнела мамина звезда
В голубиный рай – в дни детства сходу
Всем дана дорога
Что там дальше за краем
Я помню детства светлые мгновенья
Померкнет свет... От молний ворожбы
Осенняя расплата
Лично мне такое измерение кажется подлинно
поэтическим.
Наконец, еще одно важное измерение (не
последнее, конечно): «Детство. Юность. Отчий
дом…» (первая строка стихотворения). Это из
мерение-лейтмотив всей лирики поэта, поэто
му его невозможно локализовать (да в этом и
нет необходимости). Он никогда не забывает
точки отсчета в своем движении – именно по
тому, что знает, куда идет.
Земным не время измереньям,
Иду на свет, иду вперед…
Небесным синим продолженьем
В душе Вселенная живет.
Пожелаем же поэту счастливого и беско
нечного земного Пути, который, согласно его
убеждениям, не на земле начался – и закон
читься должен не на земле, и который, несо
мненно, связан с Небом и Любовью.
Ибо Небо – всему человеческому начало.
доктор филологических наук, профес
сор, член Союза писателей Беларуси
и Союза писателей России
Легко увидеть, что все измерения в поэзии
Шугли неразрывно связаны, они существуют
только в синтезе.
Расхожее выражение «движение – это
жизнь» словно взято из стихов Владимира
Шугли; точнее, эта сентенция растворена в них.
Он неутомимо, чтобы не сказать навязчиво,
противопоставляет
движение – покою
. Дви
жение, конечно, следует понимать в широком
смысле: как устремление, путь – как измерение,
по принятой нами терминологии.
Очнись, душа! С судьбой тебе подвластной
Вставай скорей на вещий путь зерна –
Верни любовь… Все в мире не напрасно,
Коль ты ежеминутно, ежечасно
Творишь ее… Тебя ж – творит она…
Путь зерна – это смысл движения, которое
обретает значение вселенского
круговорота
Покой в данном контексте – форма непродук
тивной суеты.
А цель движения-жизни – любовь, «иное,
четвертое измеренье» («Любовь есть в веч
ность двери»).
Так и хочется сказать: а это уже в лучших
традициях персидской философской лирики.
Из детства тропинкою звонкой и узкой,
И светлые звезды парят надо мной,

и небо, как пропасть…
Я – дома… Я –
русь-кий
Целый пласт его поэзии можно по тра
диции отнести к гражданской лирике, где
доминирует тема родины («Мне Русь – как
божия судьба», «Опять, как будто на войне»,
«В росинках утра чистых, светлых» и др.).
При этом Владимир Шугля, россиянин, рус
ский человек с белорусскими корнями, от
четливо ощущает вот это свое двуединство.
Сегодня это очень актуально, сегодня это
уже больше, нежели ощущение: это граж
данская позиция.
Логическим завершением темы становится
такой вот поэтический посыл («Раскидистых
дубов густые кроны»):
О, Беларусь моя… Моя мессия!
Звучит в душе небесная струна…
Во мне ты вместе навсегда с Россией…


Его здоровое, как мне представляется,
отношение к жизни реализовалось в тради
циях, выкованных золотым веком русской
поэзии, когда слово было неотделимо от
боли, которая и высекала смыслы («крупи
цы истин»). Вот эта великая триада
слово
– чувство – смысл
(проекция величествен
ного библейского
красота – добро – исти
) априори стала поэтическим кредо поэта
Шугли, человека разносторонне и незауряд
но одаренного.
Меня удивило, насколько глубоко прочув
ствовал Шугля эту коллизию («Философские
Какая разница в стихах,
Что в памяти… на донце…
И тех, что строчкой в серых днях
Рифмуют свет… без солнца!
Он не скрывает своих мыслей («мысли –
пчелы, мысли – птицы»), своих раздумий (не
потому ли его любимым знаком препинания
является
многоточие?
), своего отношения к де
лам сугубо земным; он делает их материалом
поэзии.
русь-кий
, я вольною Русью рожден (…)
Я к дому шагаю отцовской тропой,
Цитировать можно долго, но это ни к чему,
потому что
почти в каждом
стихотворении так
или иначе просматривается небо.
Очень много неба, очень много света, пусть
часто и тревожного. Можно сказать, поэт заво
рожен небом. Сквозь призму неба смотрит поэт
на дела земные. (Характерно в этой связи на
звание одного из поэтических циклов Владими
ра Шугли: «Через прицел души».
Небо
и
душа
легко меняются местами…).
А это и есть главный закон поэзии. В этом
суть поэтической одаренности.
В конце концов, легко, ненатужно рождаются
поэтические формулы-девизы наподобие следую
щего: «Ты на покой не променяй к ветрам и высям
тягу».
И совершенно естественно воспринимается
лаконичное кредо в стилистике латыни: «Я дер
жусь за небо только».
Иначе говоря, небом единым жив поэт (в ко
тором бизнесмен живет явно не небом единым).
«Нет для души покоя – ее земное мучит…»
Вот этот
небесный вектор
, иначе сказать,
приоритет духовного над невыносимо земным
хочется назвать
главным измерением
поэзии
Владимира Шугли. Это традиционно – но это
необходимо, ибо без этого нет поэзии.
Но жизнь порой путает все умозрительные
расклады. И невозможное становится воз
можным.
Оказывается, вполне реально существовать
в разных духовных регистрах, носить и взра
щивать в себе два разных «строя души».
В качестве «доказательства» хочется приве
сти, например, такие вдохновенные, совершен
но лирические строки:
Зацепилось сердце за звезду на небе –
Ждет восток, покрытый бирюзою.
Словно парус серебрится лунный гребень.
Звездный свет средь туч блеснет слезою…
Согласимся, это мало напоминает спич кон
сула или дотошные выкладки бизнесмена, это
словеса
иной природы
Уже в приведенном отрывке можно обнару
жить универсальные для Шугли смысловые мо
тивы. Поэт очень часто смотрит вверх, вгляды
ваясь в небо. «Неба восторги», «вновь детством
небесным весна разлилась без предела», «на
небе мрачно. В тучах утро», «где-то в тучах –
свет зарницы», «рассветная зорька», «млечный
путь», «уходящими звездами здесь начертано
имя твое»…
Поэтические измерения
Владимира Шугли
Владимир Фе
дорович Шугля
– видный обще
ственный деятель,
Почетный Гене
ральный консул
Республики Бела
русь в Российской
Федерации, член
общественной па
латы России, биз
несмен. Впечатля
ющая и неординарная биография.
Казалось бы, менее всего человек такого
склада может оказаться чутким и легкорани
мым поэтом, членом творческих обществен
ных организаций, Союза писателей Белару
си и Союза писателей России. Практическая
сторона жизни, так сказать, «проза жизни»
требует сосредоточенности и деловитости,
хватка общественного деятеля плохо вяжется
с поэтической созерцательностью, склонно
стью культивировать мироощущения в про
тивовес конкретным делам.

Приложенные файлы

  • pdf 15219896
    Размер файла: 5 MB Загрузок: 0

Добавить комментарий